Я считаю эту тему важной, очень важной, поэтому я наговорю ее даже голосом. Может, можно впасть в отрицание того, что такое возможно. Можно впасть, наоборот, в другую крайность — что это вокруг находится везде — и сойти с ума. На самом деле нужно искать середину. Середина — она очень проста.
Да, есть люди, которые реально представляют из себя что-то, и то, что их слушают, то, что обращают внимание на их слова — это имеет значение. Но чтобы это понимать, нужно всегда держать в голове и иметь внутреннее понимание действительности — свое собственное, — чтобы, смотря на источник информации, понимать, что за ним стоит конкретно: какая сила, какой человек, какая личность, какой фильм, какие смыслы.
И исходя из этого уже воспринимать информацию не просто как — вот, скотине принесли корм, и она ест, — а как один человек услышал, как другой человек через себя, или через фильм, или через музыку доносит какую-то информацию. То есть другой человек, представляющий из себя не просто накрученный какой-то образ или идею, или какой-то эксайтинг — какая-то франшиза, которую с детства ты привык к ней, и тебе комфортно от нее. А что этот человек реально пытается, не манипулируя тобой, высказать какие-то важные мысли, которые можно принять. Вот я к этому веду.
И то, что я написал, я еще раз повторю — это лишь вершина айсберга. Или, можно сказать, просто какой-то там 1% от того, что реально на данный момент может быть с учетом развития технологий, которые я вижу, в том числе искусственный интеллект, вот эти модели и так далее.
То есть любые сайты, любая информация, где есть рекомендательные технологии, где есть любые рейтинги — в том числе Last.fm, Spotify, Яндекс Музыка, чарты, любые чарты… В общем, любая информация, где ты неосознанно ориентируешься не на глубину источника, на который ты смотришь, из которого ты принимаешь информацию, а на некие показатели, которые непонятно откуда взялись, непонятно, сколько человек реально там, кто эти люди, что они из себя представляют и так далее. То есть не является ли это просто стадным эффектом, и эти люди замкнуты на каком-то образе и так далее. Это достаточно сложная категория.
Поэтому я повторю: чтобы это понимать — а зачем это понимать? — понимать это нужно, как я считаю, с той целью, чтобы понимать действительность той, какая она есть. Чтобы это понимать, нужно понять сначала себя. Для этого мне потребовалось отключиться от информации на полгода, а потом пройти через некоторые очень неприятные моменты, связанные с тем, что возникает так называемое — как это? — дофаминовое дно или что-то типа такого. Из которого выбраться достаточно сложно, но в процессе выбирания из этого дна открываются иные смыслы, и видно больше, чем до этого, в тысячи раз.
Не хотелось бы сильно вдаваться в эту тему. Я могу наговорить на самом деле на эту тему, такую конспирологическую, вообще на час, на два, на три часа. Просто можно брать любую такую популярную вещь самую. Ну, то, что я, например, ранее сказал про Тейлор Свифт и так далее — потому что на самом деле я к ней не испытываю каких-то негативных эмоций. Просто в момент, когда я просыпался, я это помню, я на несколько недель, наверное, замкнулся на ее образе. То есть ее образ был настолько сильный, что даже уже проснувшись, уже выбравшись из предыдущих образов, я на нее — ну, то же самое на Мадонне, например. То есть это такие глубокие — они формируют такие глубокие связи, образы, на которые очень легко замкнуться даже тем, кто уже что-то понимает.
А тем, кто просто вот включил картинку — и на эту картинку смотришь, как она там на фортепиано играет, откуда-то вылезает, куда-то залезает, как в сказке, — особенно если тебе там в этот момент 15, 10–15 лет, и родители не следят за твоим внутренним состоянием, как ты развиваешься внутренне — замкнуться на ней просто нечего делать. И таким образом она будет тебя просто до конца жизни вести.
А проблема заключается не в том, что она одна тебя будет вести. Это именно несколько обычно. Я ориентируюсь на то, как я был, на то, как я ощущал это. Обычно это не один человек, не один образ — это много образов. Чтобы от них всех избавиться, нельзя взять так разом закрыть глаза, уснуть, условно, и через несколько дней, через неделю от них избавиться. Это невозможно сделать. Они сидят глубоко очень, они переплетены внутри между друг другом, еще внутри сознания, внутри образов, в которых ты вращаешься, и так далее. И они формируются с детства, и нельзя от них очень быстро избавиться, даже если прошло полгода условного информационного детокса. Можно в них через полгода снова попасть, условно говоря.
И поэтому, когда я на это смотрю, у меня возникают вот такие небольшие негативные эмоции, когда мне хочется их опустить до нуля, потому что я вижу, насколько они используют свое влияние вот в таком самом эгоистичном виде, по сути, из себя ничего толком не представляя.
И в момент, когда я в этом всем разбирался — это было, я думаю, двадцатый год, возможно, двадцать первый, возможно, частично в девятнадцатом, ну, в девятнадцатом нет еще, скорее всего, чуть позже — я наткнулся на интересную вещь: почему это все произошло. И поэтому я с того самого момента больше стал обращать внимание на книги, которые написаны до 1910 года.
Потому что еще в момент, когда я изучал Толстого, я видел, что он с некоторой осторожностью относился к граммофону, который ему привезли, и музыка крутилась. Так вот, это было только начало. Самое интересное началось именно в Голливуде и вот в этой тусовке, где появились массовые фильмы и картинки. Именно они с того самого момента существенно изменили информационный ландшафт и стали замыкать людей на некие такие образы — прям не на один вечер, не на какое-то короткое время, а просто на всю жизнь, не давая человеку развиваться и ведя его сквозь жизнь через искусственно созданную реальность.
Потому что до 1910 года примерно — там, понятно, что все это намного раньше началось — реальность формировалась более… как бы это сказать, она формировалась писателями, поэтами. И чтобы стать кем-то, кого другие люди могут послушать, нельзя было это сделать, вот как сейчас это происходит. Например, ты не знаешь человека, а его нахайпили — и через несколько лет это какой-то суперизвестный человек, за которым миллионы. Такого невозможно было сделать. То есть чтобы раньше такое было — это вообще были единицы.
А чтобы раньше человека слушали, он должен был прожить какую-то жизнь, он должен был прожить какой-то опыт, он должен был его описать, этот опыт, красиво. Он должен был развиваться для этого, должен был обработать большой массив информации других писателей и поэтов, прочувствовать это изнутри. То есть получить свой собственный опыт и уже на основании него творить.
Поэтому очень много писателей и поэтов, которые в детстве посвятили себя именно вот этому, — они в самом раннем возрасте уже могли видеть то, что произойдет через сто лет и так далее. Потому что у них чутье было очень сильно развито именно вследствие того, что они из себя что-то представляли. И мы их видим именно из-за этого — то, что они представляли из себя что-то в 19 лет, в 15 лет.
Некоторые — вот, особенно, Кульман, условно говоря — она уже из себя что-то представляла в 17 лет. Я читаю и читал ее сказки и так далее. И они выглядят на уровне Пушкина. То есть они превосходят Пушкина, но о ней никто не знает, понимаете? Ее не раскручивала вот эта тусовка элиты, в которую тогда влился Пушкин, и вы о ней не знаете. Но когда я читал, то, что я видел по сказкам и так далее, и сравнивал год написания сказки, например, ее и Пушкина, — я видел, что она написала это раньше Пушкина. Она видела это раньше Пушкина, но ее забыли — ну, в том или ином виде, на какое-то время и так далее.
И таких людей, которые из себя что-то представляют и которые в данный момент скрыты, таких людей очень много. И они доносили мысли очень глубокие, и в данный момент они находятся — ну, вы их не видите. В общем говоря, это ни хорошо и ни плохо, это просто я констатирую факт.
Таким образом, речь уже идет тринадцать минут. Мне нужно какой-то вывод сделать из всего, что я сейчас говорю. Вывод очень простой: безотносительно того, кем вы являетесь, какое у вас образование, какой у вас предыдущий багаж опыта и сколько вам лет — безотносительно всего этого, чтобы понимать действительность такой, какая она есть, вам нужно в первую очередь освободиться от тех образов, в которых вы присутствуете в данный момент, независимо от того, это образ меня — вы сейчас в моем образе находитесь — или в любом другом образе.
Для этого нужно предпринять усилия — усилия не просто отречения от этих образов, но и усилия создания чего-то своего, чтобы вы видели, чтобы вы параллельно творили, творили, творили — и только из этого. И только это есть выход к себе, к себе настоящему, и понимание того, откуда растут ваши корни. Почему вы стали таким? Почему вы, например, презираете кого-то? Почему вы злой, например, на кого-то, или почему вы одиноки, условно, или почему у вас много друзей? Это все и есть корень — это находится в вас, и он достаточно глубок.
Чтобы его понять, нужно выйти из тех искусственно созданных миров, которые формируют вот эти популярные разные источники от обычных людей, которые просто на протяжении всей своей жизни строят из себя, не знаю, мини-богов, условно говоря. Они могут и не говорить об этом даже. Они могут представляться вообще самыми чистыми людьми, но это ничего не значит, если они на протяжении жизни что-то из себя строят.
В общем, могу уйти в обвинения, поэтому не буду продолжать этот момент. Просто невозможно понять, если просто слушать мои вот эти обобщенные определения того, кто является идолом, кто является накрученным образом, кто является обманщиком, лицемером и так далее, а к чьим мыслям стоит прислушиваться. Это, ну, такое бессмысленное дело.
Поэтому: не бойтесь посмотреть на то, кто вы есть. Без всего этого — не бойтесь себя. И я думаю, у вас все получится.
И, наверное, последнее, что я скажу: не пытайтесь как-то резко уйти в отрицание всех этих людей — которые, ну, не людей, которые реально рядом с вами находятся физически, а вот этих образов, в которых вы витаете. Потому что я тоже это проходил. И когда пытаешься, наоборот, забыть этот образ, говоришь, что не хочу это слушать, — наоборот, это усиливает его привязку к тебе. То есть нужно именно созерцать, созерцать каждый день то, что ты принимаешь, и понимать — ну, то есть смотреть как бы со стороны на то, что ты воспринимаешь. И со временем выработается способность отличать твои внутренние переживания, которые соотносятся с этим человеком, условно, и то, что является наносным, и то, что тебе не нужно.
И еще через какое-то время, если ты начнешь творить в любом виде — независимо от того, как это выглядит: рисовать, писать, сочинять стихи, петь и так далее, — со временем ты сможешь выработать свою собственную систему и сможешь органично существовать, даже иногда просматривая то, что эти образы создают, и не замыкаясь в их манипуляциях, если так выразиться. Ты будешь просто на них смотреть с улыбкой — как, не знаю, как ребенок смотрит на кузнечика, который прыгает, или еще что-то типа такого. То есть в тебе не будут они уже вызывать бури эмоций, а ты будешь контролировать свои эмоции своим собственным опытом, помноженным на то творчество, которое ты сам создал. Как-то так это выглядит.
Да. Сейчас, в данный момент, на 20 марта 2026 года, я уже нахожусь не в том состоянии, чтобы формулировать свои мысли более четко и более глубоко, чем я это, например, мог делать полгода назад, когда я на протяжении нескольких лет — когда я на протяжении, да, где-то трех лет, наверное, — полностью отключался от творческого процесса с тем, чтобы успокоить внутри те бури, которые я сам создал. Да, я не могу формулировать эти мысли четко, но я повторю: эта мысль важна. То, что находится между строк в том, что я говорю, — это важно, это можно заметить. Может, не сейчас, может, через какое-то время, но это является — хоть не истиной — но является одним из тех ключей или ключом, как вы сами посчитаете, который поможет открыть вам заново вас самих.
И я это делаю исключительно с целью того, чтобы… Не знаю, с какой целью я это делаю. Я это делаю по велению какого-то существа, которое находится внутри меня, какого-то ощущения того, что неправильно то, что происходит в данный момент.
Ладно, я хочу попросить прощения. В общем, я сам запутался уже в своих мыслях, поэтому я уже на протяжении — где-то больше месяца уже, с той записи в начале февраля — я уже пытаюсь себя остановить, но пока не получается. Эта запись является просто следующим этапом моей остановки, и все.
Мне нужно — если вы не услышите сейчас или через какое-то время меня — мне нужно остановиться полностью и скрыться от того, что сейчас происходит. Чтобы — как это конспирологически ни звучало — эти образы не видели меня. Ну и через какое-то время, если я выживу, я, возможно, появлюсь с какими-то более свежими мыслями и смогу уже донести то, что я сейчас говорил на протяжении двадцати двух — двадцати трех минут, — смогу донести это коротко, ясно, четко, как это может сделать писатель. Ну, либо напишу какую-то книгу, которая сможет обобщить все то, что я сейчас таким случайным потоком слов пытался сказать.
Спасибо большое, что дослушали. Хорошего вам дня, хороших вам эмоций, здравомыслия и желания не запутаться в пропаганде и в зле, которое просачивается через любых из людей, с кем вы взаимодействуете, и через любую информацию, которую вы воспринимаете.
0x4abbb015a277d6a8b11da8ea8ae4411d420a4d47c180ebc0245d15174026230a